Крымская война: опровержение русофобской лжи. Как сдержать удар объединенной Европы

Крымская война: опровержение русофобской лжи. Как сдержать удар объединенной Европы

П рошло много времени, но до сих пор о тех событиях судят на уровне штампов.

16 октября 1853 года началась Крымская война. Хотя прошло много времени, но до сих пор о тех событиях судят на уровне штампов, заложенных в головы многолетней антироссийской пропагандой.

Тут и «техническая отсталость» царской России, и «позорное поражение царизма», и «унизительный мирный договор». Истинный масштаб и значение войны остаются малоизвестными. Многим кажется, что это было какое-то периферийное, чуть ли не колониальное противостояние, далекое от основных центров России.

Упрощенная схема выглядит незамысловато: противник высадил десант в Крыму, нанес там поражение русской армии и, добившись своих целей, торжественно эвакуировался. Но так ли это? Давайте разберемся.

Во-первых, кто и как доказал, что поражение России было именно позорным? Сам факт проигрыша еще ничего не говорит о позоре. В конце концов, Германия во Второй мировой потеряла столицу, была полностью оккупирована и подписала безоговорочную капитуляцию. Но вы хоть раз слышали, чтобы кто-нибудь назвал это позорным поражением?

Давайте с этой точки зрения посмотрим на события Крымской войны . Против России тогда выступили три империи (Британская, Французская и Османская) и одно королевство (Пьемонт-Сардиния). Что такое Британия тех времен? Это гигантская страна, промышленный лидер, лучший в мире военный флот. Что такое Франция? Это третья экономика мира, второй флот, многочисленная и хорошо обученная сухопутная армия. Нетрудно заметить, что союз этих двух государств уже давал такой резонансный эффект, что объединенные силы коалиции располагали совершенно невероятной мощью.

А ведь была еще и Османская империя. Да, к середине XIX века ее золотой период остался в прошлом, и ее даже стали называть «больным человеком Европы». Но не стоит забывать, что это говорилось в сравнении с самыми развитыми странами мира. Турецкий флот располагал пароходами, армия была многочисленна и частично вооружена нарезным оружием, офицеров направляли учиться в западные страны, а кроме того, иностранные инструкторы работали и на территории самой Османской империи.

Между прочим, во время Первой мировой войны, уже лишившийся почти всех своих европейских владений, «больной человек Европы» победил Британию и Францию в галлиполийской кампании. И если такой была Османская империя на излете своего существования, то надо полагать, что в Крымской войне она была еще более опасным противником.

Роль Сардинского королевства обычно вообще не учитывают, а ведь эта небольшая страна выставила против нас двадцатитысячную хорошо вооруженную армию.

Таким образом, России противостояла мощнейшая коалиция . Запомним этот момент.

Теперь посмотрим, какие цели преследовал противник . Согласно его планам, от России должны были быть отторгнуты Аландские острова, Финляндия, Прибалтийский край, Крым и Кавказ. Кроме того, восстанавливалось Польское королевство, а на Кавказе создавалось независимое государство Черкессия, вассальное по отношению к Турции.

Это еще не все. Дунайские княжества Молдавия и Валахия находились под протекторатом России, но теперь предполагалось передать их Австрии. Иными словами, австрийские войска выходили бы на юго-западные границы нашей страны.

Обычно считается, что этот план лоббировал влиятельный член британского кабинета Пальмерстон, а французский император придерживался другой точки зрения. Однако дадим слово самому Наполеону III . Вот что он сказал одному из русских дипломатов:

«Я намерен… приложить все усилия, чтобы воспрепятствовать распространению вашего влияния и заставить вас вернуться в Азию, откуда вы и пришли. Россия – не европейская страна, она не должна быть и не будет таковой, если Франция не забудет о той роли, которую ей надлежит играть в европейской истории… Стоит ослабить ваши связи с Европой, и вы сами по себе начнете движение на Восток, чтобы вновь превратиться в азиатскую страну. Лишить вас Финляндии, балтийских земель, Польши и Крыма не составит труда» (цитируется по книге «Крымская война» Трубецкого).

Вот такую судьбу готовили России Англия и Франция. Не правда ли, знакомые мотивы? Нашему поколению «посчастливилось» дожить до реализации этого плана, а теперь представьте, что идеи Пальмерстона и Наполеона III воплотились бы в жизнь не в 1991 году, а в середине XIX века. Представьте себе, что Россия вступает в Первую мировую в ситуации, когда Прибалтика уже в руках Германии, Австро-Венгрия располагает плацдармом в Молдавии и Валахии, а турецкие гарнизоны стоят в Крыму. А уж Великая Отечественная война 1941-45 годов при таком геополитическом раскладе и вовсе превращается в заведомую катастрофу.

Но «отсталая, бессильная и прогнившая» Россия не оставила от этих проектов камня на камне. Ничего из этого не было реализовано . Черту под Крымской войной подвел Парижский конгресс 1856 года. Согласно заключенному договору, Россия теряла крохотную часть Бессарабии и соглашалась на свободное судоходство по Дунаю и нейтрализацию Черного моря. Да, нейтрализация означала запрет для России и Османской империи иметь военно-морские арсеналы на Черноморском побережье и держать военный черноморский флот, но сравните условия договора с тем, какие цели изначально преследовала антироссийская коалиция. Это, по-вашему, позор? Это унизительное поражение?..

Теперь перейдем ко второму важному вопросу – к «технической отсталости крепостной России» . Когда речь заходит об этом, всегда вспоминают нарезное оружие и паровой флот. Мол, у Британии и Франции армия была вооружена нарезными ружьями, а русские солдаты – устаревшими гладкоствольными. В то время, как передовая Англия и передовая Франция давно перешли на пароходы, русские корабли ходили под парусом. Казалось бы, все очевидно и отсталость налицо.

Вы будете смеяться, но в русском флоте были паровые корабли, а в армии – нарезные ружья. Да, флоты Британии и Франции значительно опережали российский по числу пароходов, но, позвольте, это же две ведущие морские державы! Это страны, которые на море превосходили весь мир сотнями лет, и всегда российский флот был слабее.

Надо признать, что и нарезных ружей у противника было намного больше. Это правда, но правда и то, что в русской армии было ракетное оружие, причем боевые ракеты системы Константинова значительно превосходили западные аналоги. Кроме того, Балтийское море надежно прикрывали отечественные мины Бориса Якоби. Это оружие также относилось к числу лучших в мире образцов.

Впрочем, давайте проанализируем степень военной «отсталости» России в целом. Для этого нет смысла перебирать все виды вооружений, сравнивая каждую техническую характеристику тех или иных образцов: достаточно просто посмотреть соотношение потерь в живой силе. Если по вооружениям Россия действительно серьезно отставала от противника, то очевидно, что и потери на войне у нас должны были быть принципиально выше.

Цифры общих потерь сильно различаются в разных источниках, а вот число убитых примерно одинаково, поэтому обратимся к этому параметру . Итак, за всю войну в армии Франции убито 10 240 человек, Англии – 2755, Турции – 10 000, России – 24 577. К потерям России еще добавляют около 5000 человек. Эта цифра показывает число погибших среди пропавших без вести. Таким образом, общее число убитых считают равным 30 000. Как видите, никакого катастрофического соотношения потерь нет, особенно если учесть, что Россия воевала на полгода дольше Англии и Франции.

Разумеется, в ответ можно сказать, что основные потери в войне пришлись на оборону Севастополя: здесь противник штурмовал укрепления, и это приводило у него к сравнительно повышенным потерям. То есть «техническую отсталость» России частично удалось компенсировать выгодной позицией обороны.

Хорошо, рассмотрим тогда первое же сражение вне Севастополя – битву при Альме . Армия коалиции численностью около 62 000 человек (абсолютное большинство – французы и англичане) высадилась в Крыму и двинулась на город. Чтобы задержать противника и выиграть время для подготовки оборонительных сооружений Севастополя, русский командующий Александр Меншиков решил дать бой у реки Альма.

На тот момент ему удалось собрать всего лишь 37 000 человек. Пушек у него тоже было меньше, чем у коалиции, что и неудивительно: ведь против России выступили сразу три страны. Кроме того, противника поддерживал с моря еще и корабельный огонь.

«По одним показаниям, союзники потеряли в день Альмы 4300, по другим – 4500 человек. По позднейшим подсчетам, наши войска потеряли в битве на Альме 145 офицеров и 5600 нижних чинов» , – такие данные приводит академик Тарле в своем фундаментальном труде «Крымская война».

Постоянно подчеркивается, что в ходе сражения сказалась нехватка у нас нарезного оружия, но обратите внимание, что потери сторон вполне сопоставимы. Да, наши потери оказались больше, но ведь у коалиции был значительный перевес в живой силе. При чем же здесь техническая отсталость русской армии?

Интересное дело: и численность нашей армии оказалась почти в два раза меньше, и пушек меньше, и флот врага с моря обстреливает наши позиции, вдобавок и оружие у России отсталое. Казалось бы, при таких обстоятельствах разгром русских должен был быть неизбежен. А каков реальный результат сражения?

После боя русская армия отступила, сохраняя порядок, измотанный противник не решился организовать преследование, то есть его движение на Севастополь замедлилось, что дало гарнизону города время на подготовку к обороне. Слова командира британской Первой дивизии герцога Кембриджского как нельзя лучше характеризуют состояние «победителей»: «Еще одна такая победа, и у Англии не будет армии». Вот такое вот «поражение», вот такая вот «отсталость крепостной России»!

Я думаю, от внимательного читателя не ускользнул один нетривиальный факт, а именно численность русских в сражении на Альме. Почему у противника значительный перевес в живой силе? Почему у Меншикова только 37 000 человек? Где в это время находилась остальная армия? Ответить на последний вопрос очень просто:

«В конце 1854 г. вся пограничная полоса России была разделена на участки, подчиненные каждый особому начальнику на правах главнокомандующего армией либо отдельным корпусом. Участки эти были следующие:

а) Прибрежье Балтийского моря (Финляндия, С.-Петербургская и Остзейские губернии), военные силы в котором состояли из 179 батальонов, 144 эскадронов и сотен, при 384 орудиях;

б) Царство Польское и Западные губернии – 146 батальонов, 100 эскадронов и сотен, при 308 орудиях;

в) Пространство по Дунаю и Черному морю до реки Буг – 182 батальона, 285 эскадронов и сотен, при 612 орудиях;

г) Крым и прибрежье Черного моря от Буга до Перекопа – 27 батальонов, 19 эскадронов и сотен, 48 орудий;

д) берега Азовского моря и Черноморье – 31½ батальон, 140 сотен и эскадронов, 54 орудия;

е) Кавказский и Закавказский край – 152 батальона, 281 сотня и эскадрон, 289 орудий…» , – сообщает Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона.

Нетрудно заметить, что самая мощная группировка наших войск находилась на юго-западном направлении, а вовсе не в Крыму. На втором месте идет армия, прикрывающая Балтику, третья по силе – на Кавказе, а четвертая – на западных рубежах.

Чем объясняется такое, на первый взгляд, странное расположение русских? Чтобы ответить на этот вопрос, покинем временно поля сражений и перенесемся в дипломатические кабинеты, где развернулись не менее важные битвы и где, в конце концов, и решилась судьба всей Крымской войны.

Британская дипломатия задалась целью перетянуть на свою сторону Пруссию, Швецию и Австрийскую империю. В этом случае России пришлось бы воевать уже практически со всем миром. Англичане действовали успешно: Пруссия и Австрия начали склоняться к антироссийской позиции.

Царь Николай I – человек несгибаемой воли, он не собирался сдаваться ни при каких раскладах и начал готовиться к самому катастрофическому сценарию. Именно поэтому основные силы русской армии приходилось держать далеко от Крыма вдоль пограничной «дуги» север – запад – юго-запад.

Время шло, война затягивалась. Почти год продолжалась осада Севастополя. В конце концов ценой тяжелых потерь противник занял часть города. Да-да, никакого «падения Севастополя» так и не произошло: русские войска просто перешли с южной на северную часть города и приготовились к дальнейшей обороне. Несмотря на все усилия, коалиция практически ничего не добилась.

За все время боевых действий противник захватил небольшую часть Крыма, Бомарзунд на Аландских островах и Кинбурн на Черном море, но при этом потерпел поражение на Кавказе. Между тем в начале 1856 года Россия сконцентрировала свыше 600 000 человек на западных и южных границах, и это не считая кавказской и черноморских линий. Кроме того, удалось создать многочисленные резервы и собрать ополчения.

А что же в это время делали представители так называемой прогрессивной общественности? Как водится, развернули антироссийскую пропаганду и распространяли листовки – прокламации.

«Написанные бойким языком, с полным старанием сделать их доступными пониманию простого народа и преимущественно солдата, прокламации эти делились на две части: одни были подписаны Герценом, Головиным, Сазоновым и прочими лицами, покинувшими свое отечество; другие – поляками Зенковичем, Забицким и Ворцелем» , – отмечал дореволюционный историк,

Тем не менее, в армии царила железная дисциплина, и мало кто поддался пропаганде врагов нашего государства. Россия поднималась на Вторую отечественную войну со всеми вытекающими для противника последствиями. И вот тут с дипломатического фронта пришла тревожная новость: к Британии, Франции, Османской империи и Сардинскому королевству открыто присоединилась Австрия.

Спустя несколько дней с угрозами Петербургу выступила и Пруссия. К тому времени Николай I умер, и на престоле находился его сын Александр II. Взвесив все за и против, царь принял решение начать переговоры с коалицией.

Как уже было сказано выше, договор, завершивший войну, получился отнюдь не унизительным . Об этом знает весь мир. В западной историографии исход Крымской войны для нашей страны оценивается гораздо объективнее, чем в самой России.

«Итоги кампании мало повлияли на расстановку международных сил. Дунай было решено сделать международной водной артерией, а Черное море – объявить нейтральным. Но Севастополь пришлось вернуть русским. Россия, ранее занимавшая в Центральной Европе доминирующие позиции, на ближайшие несколько лет лишилась своего былого влияния, но ненадолго. Турецкая империя была спасена, и тоже только на время. Союз Англии и Франции не достиг своих целей. Проблема Святых земель, которую он должен был решить, даже не была упомянута в мирном договоре. А сам договор русский царь аннулировал через четырнадцать лет» , – вот так охарактеризовал итоги Крымской войны Кристофер Хибберт . Это британский историк. Для России он нашел куда более корректные слова, чем многие отечественные деятели.

Крымская война – одно из самых важных событий истории России XIX века. Против России выступили крупнейшие мировые державы: Великобритания, Франция, Османская империя. О причинах, эпизодах и итогах Крымской войны 1853-1856 кратко будет рассказано в этой статье.

Итак, Крымская война была предопределена за какое-то время до её фактического начала. Так, в 40-х годах Османская империя лишила Российскую доступа к черноморским проливам. В итоге русский флот оказался заперт в Чёрном море. Николай I крайне болезненно воспринял это известие. Любопытно, что значение данной территории сохранилось до сих пор, уже для РФ. В Европе, тем временем, выражали недовольство агрессивной российской политикой и растущим влиянием на Балканах.

Причины войны

Предпосылки столь масштабного конфликта накапливались долго. Перечислим главные из них:

  1. Обостряется Восточный вопрос. Российский император Николай I стремился окончательно решить «турецкий» вопрос. Россия хотела усилить свое влияние на Балканах, она желала создания независимых балканских государств: Болгарии, Сербии, Черногории, Румынии. Николай I также планировал захват Константинополя (Стамбула) и установление контроля над черноморскими проливами (Босфор и Дарданеллы).
  2. Османская империя потерпела множество поражений в войнах с Россией, она лишилась всего Северного Причерноморья, Крыма, части Закавказья. От турок незадолго до войны отделилась Греция. Влияние Турции падало, она теряла контроль над зависимыми территориями. То есть, турки стремились отыграться за предыдущие поражения, возвратить себя потерянные земли.
  3. Французы и англичане были обеспокоены неуклонно растущим внешнеполитическим влиянием Российской империи. Незадолго до Крымской войны Россия разбила турок в войне 1828-1829 гг. и по Адрианопольскому миру 1829 г. получила от Турции новые земли в дельте Дуная. Все это привело к тому, что в Европе возрастали и крепли антироссийские настроения.

Однако, необходимо отличать причины войны от ее повода. Непосредственным поводом к Крымской войне стал вопрос о том, кому должны принадлежать ключи от Вифлеемского храма. Николай I настаивал на сохранении ключей у православного духовенства, тогда как французский император Наполеон III (племянник Наполеона I) требовал того, чтобы эти ключи передали католикам. Турки долго лавировали между двумя державами, но, в конце концов, отдали ключи Ватикану. Россия не могла проигнорировать такое оскорбление, в ответ на действия турок Николай I ввел русские войска в Дунайские княжества. Так началась Крымская война.

Стоит отметить, что участники войны (Сардиния, Османская империя, Россия, Франция, Великобритания) имели каждый свою позицию и интересы. Так, Франция хотела реванша ещё за поражение в 1812 году. Великобритания – недовольна стремлением России установить своё влияние на Балканах. Османская империя опасалась аналогичного, к тому же её не устраивало оказываемое давление. Своя точка зрения имелась и у Австрии, которая предположительно должна была оказывать поддержку России. Но в итоге она заняла нейтральную позицию.

Основные события

Император Николай Павлович I рассчитывал, что Австрия и Пруссия сохранят доброжелательный нейтралитет по отношению к России, так как в 1848-1849 Россия подавила венгерскую революцию. Был расчет, что французы откажутся от войны из-за внутренней нестабильности, но Наполеон III наоборот решил укрепить свое влияние с помощью войны.

На вступление в войну Англии Николай I также не рассчитывал, однако англичане поспешили не допустить усиления влияния России и окончательного разгрома турок. Таким образом, против России выступила не дряхлеющая Османская империя, а мощный союз из крупнейших держав: Великобритания, Франция, Турция. Примечание: в войне с Россией также участвовало Сардинское королевство.

В 1853 г. русские войска заняли Дунайские княжества. Однако из-за угрозы вступления в войну Австрии уже в 1854 г. нашим войскам пришлось оставить Молдавию и Валахию; эти княжества заняли австрийцы.

На протяжении всей войны с переменным успехом шли действия на Кавказском фронте. Главный успех русской армии на этом направлении – взятие крупной турецкой крепости Карс в 1855. От Карса открывалась дорога на Эрзурум, а от него было совсем недалеко до Стамбула. Взятие Карса во многом смягчило условия Парижского мира 1856 г.

Но самое главное сражение 1853 – Синопский бой . 18 ноября 1853 русский флот, которым командовал вице-адмирал П.С. Нахимов, одержал феноменальную победу над османским флотом в гавани Синопа. В истории это событие известно в качестве последнего сражения парусных судов. Именно великолепный успех русского флота при Синопе послужил поводом для вступления в войну Англии и Франции.

В 1854 г. французы и англичане высадились в Крыму. Русский военачальник А.С. Меньшиков потерпел поражение при Альме, а затем и при Инкермане. За бездарное командование он получил прозвище «Изменщиков».

В октябре 1854 года начинается оборона Севастополя. Защита этого главного города к Крыму является ключевым событием всей Крымской войны. Героическую оборону первоначально возглавлял В.А. Корнилов, погибший при бомбардировке города. В сражении также участвовал инженер Тотлебен, укрепивший стены Севастополя. Русский Черноморский флот был затоплен, чтобы его не захватил враг, а матросы влились в ряды защитников города. Стоит отметить, что Николай I приравнивал один месяц в осажденном врагами Севастополе к одному году обычной службы. При защите города погиб и вице-адмирал Нахимов, прославившийся в Синопском сражении.

Оборона было долгой и упорной, но силы были неравны. Англо-франко-турецкая коалиция в 1855 захватила Малахов курган. Выжившие участники обороны оставили город, а союзникам достались лишь его руины. Оборона Севастополя вошла в культуру: ей посвящены «Севастопольские рассказы» Л.Н. Толстого, участника защиты города.

Необходимо сказать, что англичане и французы пытались атаковать Россию не только со стороны Крыма. Они пытались высаживаться и на Балтике, и в Белом море, где пытались захватить Соловецкий монастырь, и в Петропавловске-Камчатском, и даже на Курильских островах. Но все эти попытки остались безуспешными: везде они встречали смелый и достойный отпор русский солдат.

К концу 1855 года ситуация зашла в тупик: коалиция захватила Севастополь, но турки потеряли важнейшую крепость Карс на Кавказе, а на других фронтах англичанам и французам не удалось добиться успеха. В самой Европе росло недовольство войной, которая велась непонятно в чьих интересах. Начались мирные переговоры. Более того, в феврале 1855 г. умер Николай I, и его наследник Александр II стремился прекратить конфликт.

Парижский мир и итоги войны

В 1856 г. заключен Парижский мирный договор. По его положениям:

  1. Происходила демилитаризация Черного моря. Пожалуй, это самый главный и унизительный для России пункт Парижского мира. Россия лишалась права иметь военный флот на Черном море, за выход к которому она так долго и кровопролитно боролась.
  2. Туркам были возвращены захваченные крепости Карс и Ардаган, а к России вернулся героически оборонявшийся Севастополь.
  3. Россия лишалась протектората над Дунайскими княжествами, а также статуса покровителя православных в Турции.
  4. Россия претерпела незначительные территориальные потери: дельта Дуная и часть южной Бессарабии.

Учитывая то, что Россия сражалась против трех сильнейших мировых держав без союзнической помощи и будучи в дипломатической изоляции, можно сказать, что условия Парижского мира были достаточно мягкими по практически всем пунктам. Пункт о демилитаризации Черного моря удалось отменить уже в 1871 г., а все остальные уступки были минимальными. Россия смогла отстоять свою территориальную целостность. Более того, Россия не выплатила коалиции никакой контрибуции, а турки также лишились права иметь флот в Черном море.

Причины поражения России в Крымской (Восточной) войне

Подводя итоги статьи, нужно объяснить, почему Россия проиграла.

  1. Силы были неравны: против России сложился мощнейший союз. Нужно радоваться, что в борьбе с такими врагами уступки оказались столь незначительными.
  2. Дипломатическая изоляция. Николай I вел ярко выраженную империалистическую политику, а это вызывало негодование соседей.
  3. Военно-техническая отсталость. К сожалению, русские солдаты были вооружены более плохими ружьями, артиллерия и флот также проигрывали коалиции в плане технической оснащенности. Однако все это компенсировалось храбростью и самоотверженностью русских солдат.
  4. Злоупотребления и ошибки высшего командования. Несмотря на героизм солдат, среди некоторых высших чинов процветало воровство. Достаточно вспомнить бездарные действия того же А.С. Меньшикова, прозванного «Изменьщиковым».
  5. Слаборазвитые пути сообщения. Железнодорожное строительство только начинало развиваться в России, поэтому трудно было оперативно перебрасывать свежие силы на фронт.

Значение Крымской войны

Поражение в Крымской войне, безусловно, заставило задуматься о реформах. Именно это поражение показало Александру II, что прогрессивные реформы нужны здесь и сейчас, иначе следующее военное столкновение будет еще болезненнее для России. В результате было отменено крепостное право в 1861 г, а в 1874 г. была проведена военная реформа, вводившая всеобщую воинскую повинность. Уже в русско-турецкой войне 1877-1878 она подтвердила свою жизнеспособность, был восстановлен ослабевший после Крымской войны авторитет России, расстановка сил в мире вновь изменилась в нашу пользу. А по Лондонской конвенции 1871 г. удалось отменить пункт о демилитаризации Черного моря, и русский военный флот снова появился в его водах.

Таким образом, Крымская война хоть и завершилась поражением, но это было то поражение, из которого надо было извлечь необходимые уроки, что и удалось сделать Александру II.

Таблица основных событий Крымской войны

Сражение Участники Значение
Синопский бой 1853 г. Вице-адмирал П.С. Нахимов, Осман-Паша. Разгром турецкого флота, повод для вступления в войну Англии и Франции.
Поражение на р. Альме и при Анкермане в 1854 г. А.С. Меньшиков. Неудачные действия в Крыму позволили коалиции осадить Севастополь.
Оборона Севастополя 1854-1855 г. В.А. Корнилов, П.С. Нахимов, Э.И. Тотлебен. Ценой больших потерь коалиция взяла Севастополь.
Взятие Карса 1855 г. Н.Н Муравьев. Турки потеряли свою крупнейшую крепость на Кавказе. Эта победа смягчила удар от потери Севастополя и привела к тому, что условия Парижского мира стали более мягкими для России.


Подготовка к беспрецедентной по тому времени военной кампании была достаточно подробно рассмотрена нами ранее (см. "Вымученная коалиция" , НВО № 45 от 08.12.17), а в данном материале мы проанализируем ход боевых действий и рассмотрим, какой урок извлекла из этих событий сама Россия.

ГЛАВНЫЙ УДАР

Приняв решение на вторжение в Россию, Лондон и Париж сосредоточились главным образом на "болевой точке" Российской Империи - Крыме и его главной и единственной военно-морской базе на юге - Севастополе. При этом основным элементом данной кампании, не без ожесточенных дебатов в столицах двух основных участников антироссийской коалиции, была в конечном счете избрана десантная операция, которая, что интересно, опровергла существовавшие в те годы убеждения о невозможности осуществления подобного рода предприятий в таких размерах. Большинство военных специалистов того времени было уверено, что из-за малой вместимости военных судов, затруднений, встречаемых при перевозке морем лошадей, неизбежных в морском плавании случайностей просто физически невозможно перевезти морем за один раз более 30-40 тыс. человек с необходимыми запасами. С изобретением пароходов и винтовых судов большая часть этих проблем была, впрочем, снята, и Крымская десантная экспедиция послужила ясным тому доказательством. Всего для перевозки британо-французского экспедиционного корпуса в регион Балканы-Крым потребовалось огромное количество плавсредств - более 600 транспортных судов.

В этой связи следует подчеркнуть тот факт, что всего этого могло и не случиться, если бы русский император Николай I настоял на реализации под его же руководством разработанного первоначального, упреждающего союзников удара, предусматривавшего десант на берега Босфора в количестве 32-40 тыс. человек и возможную оккупацию Константинополя, а пошел на поводу у своего наставника с юношеских лет - "отца-командира" генерал-фельдмаршала Ивана Федоровича Паскевича, настоятельно рекомендовавшего ограничить зону действия русских войск Северными Балканами и Кавказом, что якобы в случае успеха должно было побудить союзников пойти на примирение с Санкт-Петербургом.

В результате эпицентром усилий русской армии стали Северные Балканы, где им, несмотря на успехи в самом начале (практически бескровная оккупация Дунайских княжеств) в целом не сопутствовала удача. Военные историки при этом особо подчеркивают тот факт, что, возможно, результаты целого ряда провальных последующих действий русских войск на Дунае стали одной из причин, которая и легла в основу решения союзников высадиться в Крыму.

Надо признать, русские войска на данном театре, несмотря на более высокую степень обученности и оснащенности, чем у противостоявших им турок, действовали неадекватно и весьма пассивно, на что особо обращал внимание комментировавший в те годы в СМИ ход войны будущий классик марксизма Фридрих Энгельс. Неблагоприятно складывавшуюся для русских войск ситуацию усугубляло и зачастую прохладное, а порой и открыто враждебное отношение придунайского населения, считавшего себя потомками римлян-колонистов, якобы не нуждавшихся в покровительстве со стороны России. В свою очередь, и надежды на то, что славянское население Балкан поднимется с оружием в руках для оказания помощи русским войскам, не оправдались по причине "незрелости" и в силу слабо проведенной среди него работы (что, впрочем, было учтено и увенчалось успехом через чуть более два десятилетия).

Во многом неудачи русских объяснялись позицией командующего армией князя Михаила Дмитриевича Горчакова - безынициативного генерала, подобострастно, не сообразуясь с резко менявшейся обстановкой, выполнявшего инструкции, исходившие из далекой Северной столицы. Но и в последующем назначение "отца-командира" Паскевича главкомом всеми русскими войсками на юге не привело к сколько-нибудь заметным успехам на поле боя. Турецкие войска, наоборот, мало того что почти в два раза превосходили русскую группировку и были ободрены возможным в любой момент вмешательством на их стороне европейских союзников, так к тому же и возглавлялись подававшим надежды сардарэкремом (маршалом) Омер-пашой, принявшим ислам славянином - хорватом, бывшим австрийским подданным. Таким образом, после целого ряда локальных успехов Османской империи на Дунайском театре европейские союзники начали всерьез воспринимать "возросшее мастерство" турок.

Вместе с тем на Кавказе дела у коалиции складывались далеко не лучшим образом. Здесь так же, как и у турок на Дунае, но уже в пользу русских войск сыграл субъективный фактор - назначение в начале кампании во главе действующего русского корпуса неординарного генерала князя Василия Осиповича Бебутова. Под руководством этого военачальника и его соратников туркам был нанесен ряд серьезных поражений. Исправить в последующем ситуацию в пользу союзников на данном театре не смогли ни действия "пятой колонны" - воинственных протурецки настроенных горцев фактически в тылу российских войск, ни крейсирование кораблей объединенной британо-французской эскадры вдоль российского Черноморского побережья с обстрелом портов и населенных пунктов и неоднократными высадками, правда, небольших десантов, ни даже откомандирование сюда хорошо зарекомендовавшего себя на Дунае вышеупомянутого турецкого военачальника Омера-паши. Крупные неудачи турецкой армии на Кавказе во многом объяснялись нежеланием "старших" союзников воспринимать данный театр в качестве если не главного, то по крайней мере "невторостепенного" и, следовательно, якобы отсутствием необходимости направлять сюда какие-либо подкрепления из состава экспедиционных сил европейцев. Это, естественно, вызывало недовольство и порой открытую неприязнь со стороны турецкого командования в отношении "пассивных" европейских советников, в большом количестве наводнивших турецкие части и соединения.

И все же успехи русских на Кавказе "не образумили" ни турок, на что надеялись в Санкт-Петербурге, ни тем более Лондон и Париж, поставивших перед собой цель во чтобы то ни стало окончательно сломить Россию.

ДАЛЬНЕВОСТОЧНАЯ "ПИЛЮЛЯ"

Весьма примечательно, что еще в самом начале войны, изыскивая наиболее оптимальный путь быстрого сокрушения Российской Империи, союзники анализировали вариант действий на Балтике, подразумевая не только разрушение узловых пунктов возможного сопротивления русских (Кронштадт, Свеаборг и др.) с моря, но и высадку крупных десантов на побережье. Однако без содействия Швеции, понимали и в Лондоне, и в Париже, этого сделать было невозможно. Стокгольм, не купившись на обещания передать ему в случае победы ряд российских территорий, в конце концов отказал союзникам выступить против России. Тогда и было принято решение сосредоточиться на Крыме, но и на Балтийском театре союзники намеревались нанести серьезное поражение русским, что должно было значительно повысить их военный и политический авторитет в глазах всей Европы.

Однако этого не случилось. Крупные базы-крепости (типа Кронштадта) им оказались не по зубам, а обстрелы побережья и высадка небольших десантов и захват торговых судов не могли повлиять на ход войны в целом. Даже захват принадлежавших России Аландских островов не внес сколько-нибудь существенного вклада в расстановку сил. Более того, неудачи объединенной британо-французской эскадры, зачастую являвшиеся следствием рассогласованности действий командований обеих ее частей, не способствовали устранению взаимной неприязни двух главных союзников по коалиции. Единственное, чего добились британцы и французы, так это отвлечения качественно лучших сил русских (гвардия) для обороны западной границы и прибалтийских берегов, вместо того чтобы направить их в Крым.

На севере союзный отряд боевых кораблей, проникнув сначала в Кольский залив, а затем в Белое море, выполняя решения Лондона и Парижа о блокаде торговых портов России, фактически занимался натуральным пиратством на море. И это несмотря на обещание Лондона "не нарушать интересы частных лиц". Захватив или истребив десятки мирных судов, складов и жилищ мирных жителей на побережье, но не взяв ни одного существенного военного объекта русских, британцы и французы оказались под прицелом ожесточенной критики даже в "прикормленных" европейских средствах массовой информации.

Приблизительно аналогичная ситуация складывалась и на Дальнем Востоке, где Россия к середине ХIХ века еще не создала постоянную военно-морскую группировку. Напротив, британцы и французы располагали базами и определенной военно-морской мощью на Тихом океане, чем они и решили воспользоваться, сформировав объединенную эскадру под руководством двух контр-адмиралов - британского Дэвида Прайса и французского Феврье де Пуанта. Несмотря на уже ставшую традиционной для взаимоотношений союзников антипатию и бесконечные споры двух военачальников относительно оптимизации действий эскадры, в конце концов все свелось, как и на Балтике, к тривиальному пиратству, что также не прибавляло авторитета флотам ни одной, ни другой стран-союзниц. Попытка же для оправдания своей миссии в регионе захватить в конце августа 1854 года относительно крупную российскую базу Петропавловск закончилась полной неудачей. Не помогли союзникам и по сути шпионские действия американских лесорубов, работавших по контрактам в районе Петропавловска, и их информация относительно состояния русской обороны. Потеряв около 450 человек убитыми и ранеными, союзники были вынуждены ретироваться. В мировой прессе, что случалось довольно редко, симпатии на этот раз оказались на стороне русских. Одна из газет даже отмечала: "Британцы получили такую пилюлю, которая останется позорным пятном в истории просвещенных мореплавателей и которую никогда не смоют волны всех пяти океанов".

ВЫСАДКА

Впрочем, если на флангах ситуация для России складывалась более-менее благоприятно, то на главном театре - в Крыму - развитие обстановки не вызывало оптимизма. Несмотря на срывы графиков прибытия британо-французско-турецкого десанта, путаницу и просчеты при решении вопросов погрузки-выгрузки, в начале сентября 1854 года все же началась высадка союзников южнее Евпатории. Примечательно, что и в данном случае не обошлось без острых споров между союзниками относительно того, где производить десантирование, и плана последующих действий. Французский командующий маршал Лерой де Сент-Арно, уставший, по его признанию, от бесконечных препираний, был вынужден оставить выбор за своим британским коллегой лордом Фицроем Рагланом. Причем специалисты отмечали, что если бы не ошибки российского военного руководства относительно определения сроков десантирования и элементарных мер по противодействию, данную союзническую операцию можно было бы предотвратить еще в самом ее начале. Тем не менее выгрузка произошла в почти идеальных условиях.

Перевозка непосредственно в Крым французских войск со всеми находившимися при них запасами и обозами потребовала 172 морских суда разной величины, а перевозка британских - до полутораста паровых и парусных транспортов. Турецкая же дивизия была посажена на девять судов.

После завершения выгрузки обнаружилась неподготовленность британских и турецких формирований к этой непростой экспедиции. Французы, мягко говоря, были удивлены беспечностью своих коллег и приняли экстренные меры к устранению вскрывшихся крупных просчетов в снабжении войск коллег-союзников всем необходимым и даже взяли на себя полное обеспечение продовольствием турецкого соединения. Нерасторопность британских интендантов тут же дала о себе знать в виде распространившейся среди союзных войск холеры и других повальных болезней.

Тем не менее в первом же боестолкновении на реке Альма, имевшем место через неделю после высадки, при продвижении на юг полуострова союзники нанесли тяжелое поражение русским формированиям под руководством князя Александра Сергеевича Меншикова. В этом сражении и в последующих боях проявился более высокий уровень технического оснащения западноевропейских войск, нежели русских, в частности нарезное стрелковое оружие, позволявшее британцам и французам наносить существенный урон своим противникам, не входя с ним в непосредственный контакт и избегая штыкового боя, которым как раз и славились русские солдаты со времен Суворова.

МЕДВЕЖЬЯ УСЛУГА

В принципе было очевидно: союзникам нужно как можно быстрее захватить Севастополь, что якобы и должно было положить конец этой войне. Российское руководство хотя и осознавало ключевое значение этого города-базы как символа сопротивления агрессорам, но затягивало с совершенствованием его оборонительных сооружений.

Местные крымские татары, настроенные антироссийски, невольно оказали медвежью услугу своим новым покровителям-союзникам, дезориентировав их относительно якобы прочных северных укреплений города, которые в действительности только начали возводиться. Союзники обошли Севастополь с юга, но с ходу взять его не смогли. Началась героическая 349-дневная Севастопольская оборона.

Параллельно с массированными обстрелами города (всего за время осады было осуществлено шесть серий многодневных бомбардировок) имело место постепенное наращивание группировки войск союзников и доведение ее до 120 тыс. человек, главным образом британцев и французов. Впрочем, пользуясь отсутствием замкнутой линии осады города, русские также усилили гарнизон до около 40 тыс. человек, а общую группировку войск в Крыму - до 90 тыс. человек.

Основную роль при осаде играли французские войска, лучше подготовленные и выученные, нежели их британские коллеги. Именно захват французами Малахова кургана, вынуждены были позднее признать британцы, фактически и предрешил судьбу города. Турецким же и сардинским войскам под Севастополем отводилась явно второстепенная роль. В конце концов было даже решено перебросить турецкие формирования из Крыма на Кавказ, чтобы переломить там неблагоприятно складывавшуюся ситуацию.

СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ТУПИК

Затянувшаяся осада и связанные с ней многочисленные жертвы вызывали озабоченность как в Лондоне, так и в Париже, поскольку явно не способствовали популярности руководства обеих стран. Кажущаяся безысходность тупикового положения в Крыму привела к росту пораженческих настроений среди союзников и даже поначалу к массовому переходу их к русским. И только ряд кардинальных мер, принятых в обеих западноевропейских столицах с целью резкого изменения в их пользу ситуации, в том числе и частичная смена руководства группировки союзных войск, способствовали активизации деятельности французских и британских войск, переход к ним инициативы и в конце концов вынуждение защитников Севастополя 28 августа (9 сентября) 1855 года оставить почти полностью разрушенный город. Но только через два дня союзники решились войти в него.

Севастопольская эпопея (помимо других баталий) стоила стольких жертв и расходов с обеих сторон, что встал вопрос: не пора ли кончать войну вообще? В конце 1855 года военные действия повсеместно прекратились. К этому времени потери были действительно грандиозны: Россия - свыше 522 тыс. человек, Османская империя - до 400 тыс., Франция - 95 тыс., Великобритания - 22 тыс. человек. Россия израсходовала на войну около 800 млн руб., союзные державы - 600 млн.

И тем не менее, несмотря на сдачу Севастополя и контурно обозначившееся поражение в войне в целом, ситуация для России складывалась отнюдь не столь катастрофично, как это предпочитают подчеркивать зарубежные и некоторые отечественные исследователи. Дело в том, что русские так и не задействовали весь свой военный потенциал, включая отборные гвардейские части и соединения, не раз в истории решавшие исход тех или иных кампаний в пользу России. Главное, что именно союзники осознали, что продолжать войну с гигантской Россией - дело абсолютно бессмысленное. Да и в Санкт-Петербурге решили воспользоваться благоприятной ситуацией на внешнеполитической арене, выразившейся в очередном обострении противоречий между главными союзниками по коалиции - Великобританией и Францией, - чтобы, с одной стороны, выторговать для себя наиболее приемлемые условия заключения мира, а с другой - всецело сконцентрироваться на внутренних, в том числе военной, реформах для устранения тех первопричин, которые и привели Россию в конце концов к формальному поражению.

В Вене начались мирные переговоры, завершившиеся подписанием так называемого Парижского договора 1856 года. Естественно, условия, на которые пришлось пойти Санкт-Петербургу, не могли быть легкими: все-таки против России выступала объединенная Европа. Россия согласилась с запретом иметь военный флот и базы в бассейне Черного моря, укреплять Аландские острова на Балтике и осуществлением ряда незначительных, но тем не менее территориальных уступок Турции в Бессарабии и на Кавказе. В то же время - и это выглядело принципиальным - Россия не должна была выплачивать никаких контрибуций. Тогда как, например, Франция потребовала от своей союзницы Великобритании непомерной материальной компенсации в случае, если она будет продолжать настаивать на продолжении военных действий. Такая позиция Парижа еще более обострила британо-французские отношения.

КОГДА ОДИН ВРАГ ЛУЧШЕ ДРУГОГО

Примечательно, что еще во время войны началось сближение Санкт-Петербурга и Парижа. Мало того что русские и французские военачальники, офицеры и солдаты испытывали друг к другу уважение за стойкость и благородство в бою, так и те и другие питали явную неприязнь к высокомерным, но "неважным воякам" - британцам, хотя последние формально сражались в одних рядах с французами. Но наиболее существенным был тот факт, что ни Россия, ни "прозревшая" Франция не желали усиления Великобритании ни в Европе, ни в прилегающих регионах.

Тем не менее англофобские настроения не привели французов в антибританский лагерь, в то время как отношения Великобритании и России оказались окончательно испорченными. Причем кардинального улучшения их не произошло, даже несмотря на участие в последующем обоих государств в одних и тех же военных коалициях в годы двух мировых войн. Да и "неблагодарная" Австрия окончательно перешла в лагерь недругов России. Взаимоотношения с Турцией не претерпели никаких существенных метаморфоз, оставаясь отношениями двух исторически сформировавшихся антагонистов. Что же касается так называемого восточного вопроса, из-за которого формально и началась война, то, по сути, все принципиальные претензии России были удовлетворены.

Таким образом, Крымская война, не разрешив серьезных противоречий основных игроков, стала лишь прелюдией к последующим крупным конфликтам в Европе, да и в мире в целом, в результате так называемого урегулирования которых до сих пор не установились вожделенные стабильность и спокойствие на региональной и международной арене.

Прошло много времени, но до сих пор о тех событиях судят на уровне штампов


20 июня 1855 года был ранен Эдуард Тотлебен, один из тех людей, которых называли душой обороны Севастополя периода Крымской войны. Хотя прошло много времени, но до сих пор о тех событиях судят на уровне штампов, заложенных в головы многолетней антироссийской пропагандой.

Тут и «техническая отсталость» царской России, и «позорное поражение царизма», и «унизительный мирный договор». Истинный масштаб и значение войны остаются малоизвестными. Многим кажется, что это было какое-то периферийное, чуть ли не колониальное противостояние, далекое от основных центров России.

Упрощенная схема выглядит незамысловато: противник высадил десант в Крыму, нанес там поражение русской армии и, добившись своих целей, торжественно эвакуировался. Но так ли это? Давайте разберемся.

Во-первых, кто и как доказал, что поражение России было именно позорным? Сам факт проигрыша еще ничего не говорит о позоре. В конце концов, Германия во Второй мировой потеряла столицу, была полностью оккупирована и подписала безоговорочную капитуляцию. Но вы хоть раз слышали, чтобы кто-нибудь назвал это позорным поражением?

Давайте с этой точки зрения посмотрим на события Крымской войны. Против России тогда выступили три империи (Британская, Французская и Османская) и одно королевство (Пьемонт-Сардиния). Что такое Британия тех времен? Это гигантская страна, промышленный лидер, лучший в мире военный флот. Что такое Франция? Это третья экономика мира, второй флот, многочисленная и хорошо обученная сухопутная армия. Нетрудно заметить, что союз этих двух государств уже давал такой резонансный эффект, что объединенные силы коалиции располагали совершенно невероятной мощью.

А ведь была еще и Османская империя. Да, к середине XIX века ее золотой период остался в прошлом, и ее даже стали называть «больным человеком Европы». Но не стоит забывать, что это говорилось в сравнении с самыми развитыми странами мира. Турецкий флот располагал пароходами, армия была многочисленна и частично вооружена нарезным , офицеров направляли учиться в западные страны, а кроме того, иностранные инструкторы работали и на территории самой Османской империи.

Между прочим, во время Первой мировой войны, уже лишившийся почти всех своих европейских владений, «больной человек Европы» победил Британию и Францию в галлиполийской кампании. И если такой была Османская империя на излете своего существования, то надо полагать, что в Крымской войне она была еще более опасным противником.

Роль Сардинского королевства обычно вообще не учитывают, а ведь эта небольшая страна выставила против нас двадцатитысячную хорошо вооруженную армию.

Таким образом, России противостояла мощнейшая коалиция. Запомним этот момент.

Теперь посмотрим, какие цели преследовал противник. Согласно его планам, от России должны были быть отторгнуты Аландские острова, Финляндия, Прибалтийский край, Крым и Кавказ. Кроме того, восстанавливалось Польское королевство, а на Кавказе создавалось независимое государство Черкессия, вассальное по отношению к Турции. Это еще не все. Дунайские княжества Молдавия и Валахия находились под протекторатом России, но теперь предполагалось передать их Австрии. Иными словами, австрийские войска выходили бы на юго-западные границы нашей страны.

Обычно считается, что этот план лоббировал влиятельный член британского кабинета Пальмерстон, а французский император придерживался другой точки зрения. Однако дадим слово самому Наполеону III. Вот что он сказал одному из русских дипломатов:

«Я намерен… приложить все усилия, чтобы воспрепятствовать распространению вашего влияния и заставить вас вернуться в Азию, откуда вы и пришли. Россия – не европейская страна, она не должна быть и не будет таковой, если Франция не забудет о той роли, которую ей надлежит играть в европейской … Стоит ослабить ваши связи с Европой, и вы сами по себе начнете движение на Восток, чтобы вновь превратиться в азиатскую страну. Лишить вас Финляндии, балтийских земель, Польши и Крыма не составит труда» (цитируется по книге «Крымская война» Трубецкого).

Вот такую судьбу готовили России Англия и Франция. Не правда ли, знакомые мотивы? Нашему поколению «посчастливилось» дожить до реализации этого плана, а теперь представьте, что идеи Пальмерстона и Наполеона III воплотились бы в жизнь не в 1991 году, а в середине XIX века. Представьте себе, что Россия вступает в Первую мировую в ситуации, когда Прибалтика уже в руках Германии, Австро-Венгрия располагает плацдармом в Молдавии и Валахии, а турецкие гарнизоны стоят в Крыму. А уж Великая Отечественная война 1941-45 годов при таком геополитическом раскладе и вовсе превращается в заведомую катастрофу.

Но «отсталая, бессильная и прогнившая» Россия не оставила от этих проектов камня на камне. Ничего из этого не было реализовано. Черту под Крымской войной подвел Парижский конгресс 1856 года. Согласно заключенному договору, Россия теряла крохотную часть Бессарабии и соглашалась на свободное судоходство по Дунаю и нейтрализацию Черного моря. Да, нейтрализация означала запрет для России и Османской империи иметь военно-морские арсеналы на Черноморском побережье и держать военный черноморский флот, но сравните условия договора с тем, какие цели изначально преследовала антироссийская коалиция. Это, по-вашему, позор? Это унизительное поражение?..

Теперь перейдем ко второму важному вопросу – к «технической отсталости крепостной России». Когда речь заходит об этом, всегда вспоминают нарезное оружие и паровой флот. Мол, у Британии и Франции армия была вооружена нарезными ружьями, а русские солдаты – устаревшими гладкоствольными. В то время, как передовая Англия и передовая Франция давно перешли на пароходы, русские корабли ходили под парусом. Казалось бы, все очевидно и отсталость налицо. Вы будете смеяться, но в русском флоте были паровые корабли, а в армии – нарезные ружья. Да, флоты Британии и Франции значительно опережали российский по числу пароходов, но, позвольте, это же две ведущие морские державы! Это страны, которые на море превосходили весь мир сотнями лет, и всегда российский флот был слабее.

Надо признать, что и нарезных ружей у противника было намного больше. Это правда, но правда и то, что в русской армии было ракетное оружие, причем боевые ракеты системы Константинова значительно превосходили западные аналоги. Кроме того, Балтийское море надежно прикрывали отечественные мины Бориса Якоби. Это оружие также относилось к числу лучших в мире образцов.

Впрочем, давайте проанализируем степень военной «отсталости» России в целом. Для этого нет смысла перебирать все виды вооружений, сравнивая каждую техническую характеристику тех или иных образцов: достаточно просто посмотреть соотношение потерь в живой силе. Если по вооружениям Россия действительно серьезно отставала от противника, то очевидно, что и потери на войне у нас должны были быть принципиально выше.

Цифры общих потерь сильно различаются в разных источниках, а вот число убитых примерно одинаково, поэтому обратимся к этому параметру. Итак, за всю войну в армии Франции убито 10 240 человек, Англии – 2755, Турции – 10 000, России – 24 577. К потерям России еще добавляют около 5000 человек. Эта цифра показывает число погибших среди пропавших без вести. Таким образом, общее число убитых считают равным 30 000. Как видите, никакого катастрофического соотношения потерь нет, особенно если учесть, что Россия воевала на полгода дольше Англии и Франции.

Разумеется, в ответ можно сказать, что основные потери в войне пришлись на оборону Севастополя: здесь противник штурмовал укрепления, и это приводило у него к сравнительно повышенным потерям. То есть «техническую отсталость» России частично удалось компенсировать выгодной позицией обороны.

Хорошо, рассмотрим тогда первое же сражение вне Севастополя – битву при Альме. Армия коалиции численностью около 62 000 человек (абсолютное большинство – французы и англичане) высадилась в Крыму и двинулась на город. Чтобы задержать противника и выиграть время для подготовки оборонительных сооружений Севастополя, русский командующий Александр Меншиков решил дать бой у реки Альма. На тот момент ему удалось собрать всего лишь 37 000 человек. Пушек у него тоже было меньше, чем у коалиции, что и неудивительно: ведь против России выступили сразу три страны. Кроме того, противника поддерживал с моря еще и корабельный огонь.

«По одним показаниям, союзники потеряли в день Альмы 4300, по другим – 4500 человек. По позднейшим подсчетам, наши войска потеряли в битве на Альме 145 офицеров и 5600 нижних чинов», – такие данные приводит академик Тарле в своем фундаментальном труде «Крымская война». Постоянно подчеркивается, что в ходе сражения сказалась нехватка у нас нарезного оружия, но обратите внимание, что потери сторон вполне сопоставимы. Да, наши потери оказались больше, но ведь у коалиции был значительный перевес в живой силе. При чем же здесь техническая отсталость русской армии?

Интересное дело: и численность нашей армии оказалась почти в два раза меньше, и пушек меньше, и флот врага с моря обстреливает наши позиции, вдобавок и оружие у России отсталое. Казалось бы, при таких обстоятельствах разгром русских должен был быть неизбежен. А каков реальный результат сражения? После боя русская армия отступила, сохраняя порядок, измотанный противник не решился организовать преследование, то есть его движение на Севастополь замедлилось, что дало гарнизону города время на подготовку к обороне. Слова командира британской Первой дивизии герцога Кембриджского как нельзя лучше характеризуют состояние «победителей»: «Еще одна такая победа, и у Англии не будет армии». Вот такое вот «поражение», вот такая вот «отсталость крепостной России»!

Я думаю, от внимательного читателя не ускользнул один нетривиальный факт, а именно численность русских в сражении на Альме. Почему у противника значительный перевес в живой силе? Почему у Меншикова только 37 000 человек? Где в это время находилась остальная армия? Ответить на последний вопрос очень просто:

«В конце 1854 г. вся пограничная полоса России была разделена на участки, подчиненные каждый особому начальнику на правах главнокомандующего армией либо отдельным корпусом. Участки эти были следующие:

а) Прибрежье Балтийского моря (Финляндия, С.-Петербургская и Остзейские губернии), военные силы в котором состояли из 179 батальонов, 144 эскадронов и сотен, при 384 орудиях;

б) Царство Польское и Западные губернии – 146 батальонов, 100 эскадронов и сотен, при 308 орудиях;

в) Пространство по Дунаю и Черному морю до реки Буг – 182 батальона, 285 эскадронов и сотен, при 612 орудиях;

г) Крым и прибрежье Черного моря от Буга до Перекопа – 27 батальонов, 19 эскадронов и сотен, 48 орудий;

д) берега Азовского моря и Черноморье – 31½ батальон, 140 сотен и эскадронов, 54 орудия;

е) Кавказский и Закавказский край – 152 батальона, 281 сотня и эскадрон, 289 орудий…», – сообщает Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона.

Нетрудно заметить, что самая мощная группировка наших войск находилась на юго-западном направлении, а вовсе не в Крыму. На втором месте идет армия, прикрывающая Балтику, третья по силе – на Кавказе, а четвертая – на западных рубежах.

Чем объясняется такое, на первый взгляд, странное расположение русских? Чтобы ответить на этот вопрос, покинем временно поля сражений и перенесемся в дипломатические кабинеты, где развернулись не менее важные битвы и где, в конце концов, и решилась судьба всей Крымской войны.

Британская дипломатия задалась целью перетянуть на свою сторону Пруссию, Швецию и Австрийскую империю. В этом случае России пришлось бы воевать уже практически со всем миром. Англичане действовали успешно: Пруссия и Австрия начали склоняться к антироссийской позиции. Царь Николай I – человек несгибаемой воли, он не собирался сдаваться ни при каких раскладах и начал готовиться к самому катастрофическому сценарию. Именно поэтому основные силы русской армии приходилось держать далеко от Крыма вдоль пограничной «дуги» север – запад – юго-запад.

Время шло, война затягивалась. Почти год продолжалась осада Севастополя. В конце концов ценой тяжелых потерь противник занял часть города. Да-да, никакого «падения Севастополя» так и не произошло: русские войска просто перешли с южной на северную часть города и приготовились к дальнейшей обороне. Несмотря на все усилия, коалиция практически ничего не добилась. За все время боевых действий противник захватил небольшую часть Крыма, Бомарзунд на Аландских островах и Кинбурн на Черном море, но при этом потерпел поражение на Кавказе. Между тем в начале 1856 года Россия сконцентрировала свыше 600 000 человек на западных и южных границах, и это не считая кавказской и черноморских линий. Кроме того, удалось создать многочисленные резервы и собрать ополчения.

А что же в это время делали представители так называемой прогрессивной общественности? Как водится, развернули антироссийскую пропаганду и распространяли листовки – прокламации.

«Написанные бойким языком, с полным старанием сделать их доступными пониманию простого народа и преимущественно солдата, прокламации эти делились на две части: одни были подписаны Герценом, Головиным, Сазоновым и прочими лицами, покинувшими свое отечество; другие – поляками Зенковичем, Забицким и Ворцелем», – отмечал дореволюционный историк, генерал Дубровин.

Тем не менее, в армии царила железная дисциплина, и мало кто поддался пропаганде врагов нашего государства. Россия поднималась на Вторую отечественную войну со всеми вытекающими для противника последствиями. И вот тут с дипломатического фронта пришла тревожная : к Британии, Франции, Османской империи и Сардинскому королевству открыто присоединилась Австрия. Спустя несколько дней с угрозами Петербургу выступила и Пруссия. К тому времени Николай I умер, и на престоле находился его сын Александр II. Взвесив все за и против, царь принял решение начать переговоры с коалицией.

Как уже было сказано выше, договор, завершивший войну, получился отнюдь не унизительным. Об этом знает весь мир. В западной историографии исход Крымской войны для нашей страны оценивается гораздо объективнее, чем в самой России.

«Итоги кампании мало повлияли на расстановку международных сил. Дунай было решено сделать международной водной артерией, а Черное море – объявить нейтральным. Но Севастополь пришлось вернуть русским. Россия, ранее занимавшая в Центральной Европе доминирующие позиции, на ближайшие несколько лет лишилась своего былого влияния, но ненадолго. Турецкая империя была спасена, и тоже только на время. Союз Англии и Франции не достиг своих целей. Проблема Святых земель, которую он должен был решить, даже не была упомянута в мирном договоре. А сам договор русский царь аннулировал через четырнадцать лет», – вот так охарактеризовал итоги Крымской войны Кристофер Хибберт. Это британский историк. Для России он нашел куда более корректные слова, чем многие отечественные деятели.

Причины войны заключались в противоречиях между европейскими державами на Ближнем Востоке, в борьбе европейских государств за влияние на слабеющую и охваченную национально-освободительным движением Османскую империю . Николай I говорил, что наследство Турции наследство можно и нужно делить. В предстоящем конфликте российский император рассчитывал на нейтралитет Великобритании, которой он пообещал после разгрома Турции новые территориальные приобретения Крит и Египет, а также на поддержку Австрии, в качестве благодарности за участие России в подавлении венгерской революции. Однако расчеты Николая оказались неверны: Англия сама подталкивала Турцию к войне, стремясь таким образом ослабить позиции России. Австрия так же не желала укрепления России на Балканах.

Поводом к войне послужил спор между католическим и православным духовенством в Палестине о том, кто будет блюстителем храма гроба Господня в Иерусалиме и храма в Вифлееме. При этом речь не шла о доступе к святым местам, так как ими пользовались на равных правах все паломники. Спор о Святых местах нельзя назвать надуманным поводом к развязыванию войны.

ЭТАПЫ

В ходе Крымской войны выделяются два этапа:

I этап войны: ноябрь 1853 - апрель 1854 гг. Противником России была Турция, а военные действия проходили на Дунайском и Кавказском фронтах. 1853 г. русские войска вошли на территорию Молдавии и Валахии и военные действия на суше шли вяло. На Кавказе турки потерпели поражение под Карсом.

II этап войны: апрель 1854 - февраль 1856 гг. Обеспокоенные тем, что Россия полностью разгромит Турцию, Англия и Франция, в лице Австрии поставили России ультиматум. Они требовали, чтобы Россия отказалась покровительствовать православному населению Османской империи. Таких условий Николай I принять не мог. Против России объединились Турция, Франция, Англия и Сардиния.

ИТОГИ

Итоги войны :

13 (25) февраля 1856 начался Парижский конгресс , а 18 (30) марта был подписан мирный договор.

Россия возвращала османам город Карс с крепостью, получая в обмен захваченный у неё Севастополь, Балаклаву и другие крымские города.

Чёрное море объявлялось нейтральным (то есть открытым для коммерческих и закрытым для военных судов в мирное время) , с запрещением России и Османской империи иметь там военные флоты и арсеналы.

Плавание по Дунаю объявлялось свободным, для чего русские границы были отодвинуты от реки и часть русской Бессарабии с устьем Дуная была присоединена к Молдавии.

Россия лишалась предоставленного ей Кючук-Кайнарджийским миром 1774 года протектората над Молдавией и Валахией и исключительного покровительства России над христианскими подданными Османской империи.

Россия обязалась не возводить укреплений на Аландских островах.

В ходе войны участникам антироссийской коалиции не удалось добиться всех своих целей, но удалось предотвратить усиление России на Балканах и лишить её Черноморского флота.